Category: отношения

предназначение / серая обезьяна (灰猴) – реж. чжан пу (2018)

во многом очень непритязательный, но при этом – очень веселый и смотрибельный китайский фильм альманахового толка (семь историй), в котором все персонажи так или иначе оказываются связанными друг с другом (что для картин такого рода совсем не редкость), а время событий каждого эпизода – то примыкает к предыдущему, то предшествует, то накладывается на него. в результате к финалу фильма имеется полнокровная история с множеством фигурок, которые при смоем мельтешении становятся героями, а в сумме дают жизнь затрапезного городка в смысле той «капле воды», в которой мисс марпл обнаруживала крайне насыщенную жизнь.

выбирая затрапезный юньчжоу в провинции хэбей на севере китая, режиссёр мало того, что отходит от традиционных локаций, так еще и делает будни к этой дыре настолько увлекательными, какими они не могут стать при любом раскладе в более «близких к цивилизации» урбанных центрах. едва ли двадцать тысяч населения, распределенного между холмами, равнинами, древними развалинами и притрушенными пылью строениями, состоит преимущественно либо из криминальных персонажей, либо – из обслуживающего его персонажа, то есть – тех, кто кормит, поит, ублажает и использует. безусловно, комичный оттенок всего происходящего сглаживает то, что можно было бы накрутить, буде это драма, но – это комедия, поэтому на трупы рассчитывать не приходится, а водевиль, разыгрывающийся из-за миски лапши, годится для любой комической постановки. вероятно – именно поэтому каждая глава завершается голосовыми фиоритурами, которые чаще всего можно встретить в особенно драматические моменты постановок пекинской оперы.

прекрасная лапша, не менее дивный суп из баранины – это в прямом смысле «бульон», в котором в равных пропорциях варятся захудалая придорожная закусочная, популярная лапшичная, криминальный авторитет в непередаваемо прекрасных пиджаках с злато-серебряным шитьем, его новая любовница (по совместительству – жена хозяина закусочной), наёмный убийца из гонконга, старый криминальный авторитет, только-только вышедший из тюрьмы и его ватага (средний рост членов которой – метр пятьдесят), мелкая ищущая удачи шваль и бомж с бамбуковой палкой, гоняющий всех, кто встречается ему на пути. да – и еще есть антикварный горшок, а также, переходящий как красное знамя, чемодан с пятьюстами тысячами юаней.

кино очень лёгкое и смешное, динамично смонтированное и не вызывающее никакого отторжения, алчность против заработка, а интрижки – против чистой любви, всё – сдобренное хорошей порцией качественной еды.

история детектива (探偵物語) – реж. негиши кичитаро (1983)

этот фильм был выпущен на экраны ровно 36 лет назад, 16 июля: имея такой точный отрезок интересно наблюдать, что произошло с детективным жанром за почти четыре десятилетия – и как радикально сменилась и сошла с экранов «эпоха невинности» жанра, для которой решение этических вопросов и построение воспитательной истории было одновременно вектором построения детективного сюжета. нанятый для наблюдения за несовершеннолетней школьницей, детектив сам оказывается «под её прицелом», а когда стремительно вокруг него и его бывшей жены заворачивается криминально-полицейская история, эта же школьница оказывается спасительницей пусть не всей семьи, но все же одного не слишком молодого, но «правильного» детектива – спасительницей настолько, что она готова идти на сделки с якудза, чтобы помочь «кавалеру сердца» выпутаться из мафиозных сетей.

 вообще – очень чистое, местами до невозможности – кино. дева юна, богата, собирается уезжать на учебу в штаты; детектив – разведен, жёлчен и разочарован. при этом – получилась «сладкая парочка», в которой сладости ровно настолько, чтобы уравновешивать юный возраст девы сдержанностью её старшего «товарища по несчастью». здесь не приходится даже говорить о «любовном треугольнике», он как таковой отсутствует, пусть рядом с детективом – две женщины, а рядом с девицей – два потенциальных кавалера. эра невинности еще целиком и полностью в своих правах (японское кино уже пару десятилетий эксплуатирует всевозможные инстинкты, но остается отдушина, представляющая детектив и любовь как некие места чистоты, а не низвержения во грех); то, что могло быть материалом эксплотейшна – оказывается вытесненным и замещенным полудетской сказкой, повествующей о том, как прекрасна жизнь, несмотря на то, что в ней есть отели любви, а в них – время от времени совершаются убийства, ведь до тех пор, пока остаются «чувства», до тех пор есть шанс на спасение.

конечно, никакого любовного хэппи-энда здесь нет – восточное кино вообще с подозрением относится к таким вариантам развития событий (жить – значит страдать), но есть определенные умиротворяющие нотки. в определенном смысле нет ничего удивительного в том, что последняя сцена происходит в аэропорту: старая жизнь остается в старом мире, новая – находится в новом. оставляя свою первую подростковую влюбленность, дева отправляется в новый мир за новой жизнью. помимо всего этого надо еще вспомнить, что в 1983 году с той же самой песней состоялся второй триумф певицы терезы тенг на японской эстраде (после 1974, когда она впервые спела 空港, куу-коо, «аэропорт», одну из самых популярных и проникновенных лирических мелодий). мелодия в фильме не звучит, поскольку это было бы совсем очевидно, но тональность кристальной чистоты сопровождает это трепетное прощание («мадам, я старый солдат и не знаю слов любви»).

в детективе больше мелодрамы, чем детектива, а в мелодраме – больше комедии положений и комедии, чем драматизма. фильм своего времени, выглядящий сейчас больше банальным и наивным, чем внушительным, всё же стоит потраченного на него времени – как напоминание, что кино не всегда состояло из инстинктов и брызжущей во все стороны крови (хотя она тут хлещет качественно в том числе).

страна приливов (tidelands) – реж. эмма фримен (2018) – 03

с одной стороны – самоуглубление и попытки разобраться с собственной полусиренистой сущностью, с другой – нагнетание наркоторгашеских подробностей и введение еще одного персонажа, преступной фигуры, которая обращает внимание на захолустье, откуда приходят небывалые поставки веществ, преимущественно недоступных большинству даже достаточно крепко стоящих на ногах наркоторговцев. разборки с кровопролитием и последующим еще одним кровопролитием перемежаются сценами разнообразного секса между персонажами – в этом смысле близость с «чёрными парусами» становится еще более очевидной: там, где доводы рассудка и резоны сюжета оказываются бессильными, нужно ввести жаркую сцену, отвлекающую внимание. к счастью, получается это более-менее жизнерадостно, чтобы не утомлять однообразием.

как героиня кэл старается понять, кто она на самом деле и откуда появилась в таком месте, другая героиня, адриэль, собирает некие «куски прошлого», свидетельства, смысл которых еще пока ни о чем не говорит, кроме как о связи с морем, древности и значении, которое это имеет для связи прибрежников и сирен. это захолустье – что городское, морское – место страстей и не вполне переработанного прошлого, которое активно напоминает о себе, неминуемо ведя к обязательному «цивилизационному конфликту».

mylene farmer beyond my control

d'une beauté crépusculaire - где-то в этом районе конца мая - начала июня 27 лет назад по следам сингла "beyond my control" был выпущен самый, вероятно, "неудачный" клип милен фармер, который и раскритиковали, и отказывались демонстрировать: слишком жестокий, слишком эротичный и т.д. правда, во франции и в бельгии он имел определенный успех - но то ж развращенные франкофоны.

хотя - это, наверное, один из самых "нестареющих" клипов, универсальная история на перекрёстке любовного треугольника, предательства. прощения, убийства, секса и каннибализма. прозрачная символика и окончательная редукция всего лишнего. ложе страсти и ведьмовский костёр, поцелуи и волки, мясо и губы, полог и дым.

п.с. это всё beyond my control godforsaken mix - 8-минутная постструктуралистская композиция, раскрывающая структуру и обнажающая приём: для понимания того, как работает идеальное развёртывание по осям ритма, тона, партий - достаточно этих восьми минут
Collapse )

архив расследований букинистического магазина «библия» – реж.мацуяма хироаки, мияки шёго (2013) – 10

(ビブリア古書堂の事件手帖)


«юный сыщик»

как водится, предпоследний и последний эпизоды составляют по хорошей японской телевизионной традиции связку одной темы и небольших ответвлений, позволяющих и держать в напряжении, и рассказывать вроде бы разные истории, но при этом – сцепленные в одной точке. начинаясь с прекрасной зимней сцены, завершающейся трупом и таинственным посланием, оставленным на снегу, эпизод недвусмысленно намекает на то, вокруг чего будет вращаться эпизод – конечно же, это будет детектив, конечно же. это будет загадочно и таинственно – и это будет классик, без которого литературу представить невозможно – рампо эдогава.

хотя, как объясняется в течение серии, так ведь было не всегда. читать детективы автора не брезгующего никакими темами, да еще настолько плодовитого – это проявлять сомнительные душевные качества – на этой сомнительности выстроена замысловатая ситуация очень запутанных семейно-внесемейных отношений персонажа с женой, детьми, любовницей и ее сестрой. вроде бы – перед тобой не картина из более-менее современной японии, а фрагмент прошлого, где мышление о чести, достоинстве, дозволености и запретности работает исключительно в категориях феодальных времен.

отдельно литературное произведение здесь не фигурирует – есть подборка журналов «юный сыщик», тайная страсть умершего, переданная по наследству дочери – но не любовнице, хотя именно она получает послание, в котором указывается на загадочный шифр, который может помочь раскрыть тайну вещи, хранящейся в сейфе военных времен с тройным доступом: ключ, цифры, словесный код. сам по себе сейф – то еще зрелище, а уж узнать, как он функционирует – тем более. его, правда, так никто и не открывает, хотя раскрывается не одна тайна прошлого, однако всё это – предварение того, что случится в финале.

а теперь – апокалипсис (now - apocalypse) – реж. грегг араки (2019) – 1 сезон, все серии (1-10)

то, насколько приятно и интересно выглядели первая и вторая серии зрелища, придуманного и снятого греггом араки, настолько же к середине зрелище теряет свою динамичность и, кажется, сбивается с курса, затянуто живописуя то одно, то другое, но в основном сосредотачиваясь на вопросах секса и уместности интимной жизни в современном обществе, где за каждым тянется определенный шлейф обязательств, комплексов, ощущения собственной неуместности и неприкаянности. как-то так – все элементы по отдельности никак не плохи, но их очень вялотекущий характер вызывает не то чтобы отторжение, но определенную усталость на третий-четвертый эпизод (да, после первых двух это зрелище больше тягомотно, чем интересно).

вполне возможно, в этом есть определенное рациональное зерно – достаточно посмотреть на яркость, эпатажность и дикость одежд, расцветок, предметов и локаций, с которыми взаимодействую персонажи, как становится очевидно, что всё ушло именно в этот сугубо внешний поверхностный слой, оставляя внутри героев полную отделенность от того, чем они являются. не сказать даже, чтобы они это понимали или умели обращаться с тем, кем они являются сами по себе. это не беспомощность – беспомощными их вряд ли можно назвать, но это какой-то вид операциональности, которая исходит своим практически нулевым кпд он полной функциональной некомпетентности.

в ней каким-то образом коренится и то, чем они все озабочены от первой до последней сцены: секс как абсолютный знаменатель уравнивает и права, и возможности, и статусы, но он есть нечто, чего не понимает никто: ни что это плата, эквивалент, которым нужно расплачиваться в условиях капиталистических взаимоотношений; ни что это «случайность», которую нельзя выстроить по шапргалке и заранее разработанному плану; что это эмоции, никак не отделимые (хотя очень бы хотелось) от телесных взаимодействий; что это, в конечном счете, товар, предложение которого на рынке всегда соревнуется со спросом и в этом соперничестве никогда нет победителя, а динамика настолько стремительна, что невозможно угадать, какова диспозиция в данный момент.

что еще достаточно странно и плохо – куда-то делась теория мирового заговора, совершенно осталась нераскрыта тема рептилоидов, их вторжения и дальнейших судеб человечества. да, ощущение, что рептилоидами оказались многие из персонажей – осталось, но сюжет сериала и действия в отдельных сериях не сделали никакого жеста (или хотя бы финального финта в эту сторону – хотя вроде бы финальная сцена изнасилования гуманоидом и есть). за концом света в человеческом плане потерялся конец света де факто – его просто не заметили, будучи занятыми вопросами (само)удовлетворения.

режиссёр неплохо проходится по основным фигурам, которые прямо-таки призывают на себя критический взгляд, и с драматической точки зрения это делано достаточно неплохо, но, вероятно, тут формат сыграл против автора: во второй половине сериала членение на эпизоды – очень условное – собственно, как и события в каждом. возможно, буде это единое зрелище объемом в два часа, получилось бы избежать самоповторов и западания динамики, но в таком виде – десять серий ориентировочно по полчаса – зрелище и активизирующее, и расслабляющее – вернее, развозящее по поверхности то, чему просто предназначено быть концентратом.

а теперь – апокалипсис (now apocalypse) – реж. грегг араки (2019) – 01

за небольшим исключением араки всегда снимал одну и ту же историю молодости и необустроенности, сопряженную с (комико)драматическими перипетиями, достаточно часто имеющими выход в трагическую составляющую. в принципе, в данной ситуации история разворачивается таким же образом – неплохо при этом имитируя ситкомовскую эстетику а ля «друзья» и прочая шлаковина «про отношения» в кругу знакомых-приятелей-встречных-поперечных.

как хорошо было замечено, это круг из элементов «травка, секс и рептилоиды» - зачин в таком духе смотрится очень бодро и естественно, а комедия положений и гэговое решение тех или иных ситуаций подтверждают то, что, как ни крути, а в создании достаточно авангардной картины ситуирования молодёжи в современной жизни араки остается одним из интереснейших режиссёров.

первая серия очень ненавязчиво вводит в сюжет всех центральных персонажей, очерчивая их взаимосвязи и положение в обществе – кто богаче, кто беднее, преимущественно – пришлые, главным образом – бесперспективные, каждый из них – в постоянных попытках закрепиться, не столько именно в этом месте (калифорния) или в статусе, сколько – в условной «экзистенциальной» стабильности, подкашиваемой со всех сторон. особенно это актуально для улисса, центрального героя, приехавшего за актёрской славой интеллектуала – хорошо при этом понимающего занудство и уныние этой профессии (случайно ли «титульный» актёр араки, джеймс дюваль, играет бомжа). живя в предчувствии конца света (что не мешает активно покуривать и пользовать тиндер), улисс ощущает знаки этого финала – во всём, главным образом в сексе. и стоит ли удивляться, что этот конец наступает, когда улисс становится свидетелем того, как рептилоид насилует бездомного?

река (elven) – реж. маргрет бергхайм, арне берггрен (2017) – 01

сериал явно из разряда тех, которые выросли, как грибы после дождя, на грунте, унавоженном «фортитьюдом», хотя пока что развитие первого эпизода очень напоминает первую серию первого сезона «вершины озера» - вполне возможно, что центральным персонажем, за которым идет и камера, и повествование – девочка, исчезающая в холодных ранневесенних ландшафтах скандинавского пространства.

возможно, эта картина не была бы настолько значимой, если бы не предварительное, в начале истории, упоминание о том, что девочка – из общины лестадианцев. имя ларса леви лестадиуса вряд ли нам о многом говорит – но вот для норвежцев это не только название крыла лютеранского движения а ля модернизированные староверы, но и – знак громкого дела, «сделавшего» информационное поле в том же году в связи с раскрытием более чем 150 случаев сексуального насилия, главным образом – педофилии, в лапландской лестадианской общине. та простота, «наглость», с какой камера следит за последним путём маленькой героини, а затем – как её тело оставлено на территории военной базы косвенно, но вполне определенно указывает и на эту травматичную историю (иначе зачем было так акцентировать на этом внимание?)

в визуальном смысле история не предлагает никакой новизны – это «суровый север» с вытекающей из этого цветовой формулой, соответствующие ландшафты и определенная «острота» и бескомпромиссность в подаче зрелища: в начале зрителя «встречают» отрубленные руки-ноги, которые река выносит с приходом начала весны на берег, далее – процесс «утилизации» мёртвых тел. закрытая зона, близость границы, вездесущие военные, заговоры, скрываемые тайны, холод, проституция, начатки шпионажа – не сказать, что развитие происходит очень напряженно и динамично, но особенно ничего не рассусоливается, деловитый рассказ делает хороший зачин, после которого ожидается не менее качественное развитие.

электрические сны филиппа к. дика (philip k. dick's electric dreams) – реж. том харпер (2017) – 03

Philip_K_Dick's_Electric_Dreams.jpg«проездной билет»

из трёх продемонстрированных эпизодов по сравнению с первым и вторым третий оказывается пока что наиболее целостным и исключительно качественно, а помимо того – интересным, до такой степени, что очень не ярко выраженная «фантастика», хорошо замаскированная под драму удерживает внимание на протяжении сорока пяти минут не хуже самого динамичного боевика.

размышления о том, как могло бы быть, если бы то, что могло бы быть вдруг смогло бы стать реальностью – многоуровневое сослагательное наклонение – становится основой сюжета, очень последовательно и неторопливо развивающегося от полуюмористической трагикомической истории в сторону окончательной драмы и имеющие драматические последствия выбора. пусть эта самая драма и остается за кадром – история вся «уже» рассказана, она «уже» известна наперед и её течение не оставляет никаких иллюзий по своему поводу.

в какой-то момент – наверное, когда вдруг открывается новое измерение, обитающее на чердаке очень среднестатистического дома с такими же среднестатистическими обитателями и проблемами – драматичными, но не менее «средними» - очень остро всплыла параллель с картиной абсолютно противоположного жанра, истории, персонажей; как ни странно, но именно «45 лет» - при всей нефантастичности рассказанного – вспоминается, когда встает так ни литературой, ни кино, ни искусством вообще не решенный вопрос: какой могла бы быть жизнь, если бы в ней изменилось только одно – одно, на котором завязанным оказывается слишком многое.

жизнь, протекающая в одном измерении, из которого внезапно (может быть) обнаружен выход, выводящий в идеальное пространство – может, условное. но на самом деле совершенно реальное, в котором каждому может быть дано по заслугам и желаниям его – может быть отсыпано счастья, того максимального, которого не все получают или все – но недополучают. и что делать там и тогда. если для получения его нужно сделать выбор, лишающий того, что, казалось, является проблемой. но без чего невозможно оставаться собой. есть вещи мучительные и «неспасаемые»; есть дела обреченные с самого начала – и вроде бы нет большей благодати, чем избавить от того, что терзает и мучит. но как жить, если – несмотря на всю причиняемую боль – это часть себя, той «самости», без которой комфорт – это эферемность, превращающаяся в тюрьму.

у субъекта исключительно интимные отношения со страданиями: есть те, которые нас выбирают, но преимущественно это те, выбор которых остается за нами самими. вправе ли кто-то лишать другого его боли – следовательно, его выбора, без которого «быть» лишено своей полноты? даже несмотря на все невероятные вкусы и ароматы счастья, которыми оно нас может наделить. из этого, казалось бы, достаточно затёртого вопроса режиссёр умудряется создать удивительно проникновенную историю.