Category: музыка

венская кровь (vienna blood) – реж. умут даг (2019) – 1.2.

«царица ночи»

если верить автору серии романов о максе либермане, то его три страсти в жизни – это психоанализ, музыка и пирожные. с первым и третьим во втором эпизоде не вполне сложилось (немного психоанализа здесь всё-таки имеется), то уж второго – явно предостаточно: мало того, что постановка «волшебной флейты» с крайне непредсказуемыми декорациями происходит в бургтеатре, так еще и все преступные деяния совершаются под влиянием дивных мелодий моцарта, на что недвусмысленно намекает название второго эпизода (если быть совсем честным – всё-таки двусмысленно, ведь английское «queen of the night» - помимо отсылок к уитни хьюстон – пусть и коррелирует с немецким «königin der nacht», но никак не оправдывает ожиданий тем, кому дамочка известна как «царица ночи»).

сюжет второй серии может показаться немного простоватым и не настолько запутанным, как в первой, однако этот странный дух вены начала 20 века здесь выражен намного глубже, в смысле сочетания крайней вольности духа, пронизывающего всё антисемитизма и пробивающихся на поверхность настроений необходимости «чистки» пространства от излишних компонентов. всего много – и всё по-оперному избыточно, начиная с массового убийства в борделе и завершая крайне драматичным обретением преступного персонажа на сцене во время встречи принца тамино и дракона (но до появления служанок царицы ночи). конечно, есть несколько натяжки – в виде, например, крайне нереалистичной дуэли (она вроде бы не состоялась, но странно, как всё обошлось без последствий) между офицером и максом либерманом (который что не аристократ, так еще и еврейский доктор), а так – очень даже всё в «марципановом духе» вены: живописно разбросанные тела проституток по борделю, одна – возложенная в окружении лепестков роз на ложе страсти, выставка какого-то мелкотравчатого недо-бёклина – недо-россетти, «волшебная флейта», взрезанный удав, повешенный на тумбе для объявлений (напротив монумента моцарту), мещанин , влюбленный в августейшую особу и прочая, прочая.

детектив – не только детектив, но и, конечно, мелодраматическая линия со страстями макса и клары, в которые вклинивается дивная девица амелия, отчего отношения трещат и разваливаются. столь сладостное еврейское обручение, с которого начинается эпизод, завершается не менее страстными и пылкими расставанием и ссорой, после которой остается большой вопрос, будет ли свадьба, в конце концов. то есть – всё, что нужно для драмы, и в настоящем, и в будущем (третьем эпизоде).

венская кровь (vienna blood) – реж. роберт дорнхельм (2019) – 1.1.

«последний сеанс»

достаточно странно находить такой сериал под названием «виенна блад», а не вполне привычным «винер блут», хотя, конечно, к иоганну штраусу это не имеет никакого отношения. впрочем, самого штрауса здесь и нет – история прекрасно обходится без него. здесь достаточно других радостей, которые мгла предложить вена начала 20 века, самого начала. того благодатного периода, когда франц иосиф приближался к своему 60-летнему юбилею правления, а город был не просто магнитом, притягивавшим к себе всех интеллектуалов (и всю интеллектуальную нечисть), а прямо-таки порталом в другое измерение, именно то, где смерть девицы-медиумессы может повлиять на жизнь самого разнообразного люда.

что интересно, все достаточно водевильные перипетии, которые здесь происходят, выглядят – несмотря на то, что ко-продукция великобритании и австрии снята очень «замшело», с некоторыми такими ходами, которые приличные сериал в нынешнее время себе не позволяет, - очень убедительно. жгучая смесь эстетства, психоанализа, спиритизма и антисемитизма делает то, что не может сделать никакая самая отточенная кратинка: она может будоражить и будить фантазии. как достаточно неудачным стал опыт экранизации «алиениста» (при всём великолепии романа), так в этом смысле – удачно перенесение второго романа фрэнка толлиса из цикла романов о максе либермане, молодом докторе-психиатре, помогающем полицейскому следователю оскару райнхарду.

в интродукции – лекция доктора фрейда, в завязке – посещение сецессиона с выставленным там «бетховенским фризом» климта, в развитии сюжета – постоянные визиты в «гугенхупф», ближе к развязке – концерт, на котором музицирует густав малер, а развязка – на обзорном колесе в пратере. практически любую из более-менее значительных сцен можно рассматривать как справочник по венским достопримечательностям, в особенности – по духу «второго квартала», леопольдштадта, более известного как «остров мацы». отсюда – и антисемитизм. никуда не исчезавший (сцена на концерте малера особенно показательна) антисемитизм здесь действительно проступает как неотъемлемая часть венской атмосферы самого начала 20 века – настолько же сильный, насколько велика была страсть к сохранению еврейства (одна из первых сцен «преломления халы» в доме либерманов), развивавшаяся параллельно с желанием к избавлению от него (линия любовной истории макса либермана). первый фильм хорош – лёгок, иллюзорен, галлюцинаторен, как вся атмосфера вены – видно будет, что случится во второй и третьей частях.

милен фармер – концерт (2019)

как будто бы можно было сомневаться, что концерт получится выдающийся – даже задавать себе вопрос о том, были ли у неё плохие сценические выступления, как-то не вполне комильфо – вышедший 18 октября альбом концертной записи совершенно не разочаровал. однако он как бы находится в тени грядущего релиза 7 ноября фильма-концерта, где в полной мере можно будет оценить космическую выстроенную атмосферу, ту же, что и ранее. но отличающуюся. если в течение всех концертов 2000-х – 2010-х годов медленно, но уверенно прокладывалась линия некоей «космичности» этой фигуры, всегда в начале концерта спускающейся с небес  и в финале всегда удаляющейся в некое запредельное пространство, то видео с концерта этого года и выпущенный альбом утверждают несколько более «земное» воплощение теперь уже окончательно легендарной певицы. ну действительно – без возраста, без плоти – но исключительно сексапильная (с десяток последних в хронологии клипов работали с этой темой), состоящая из одного голоса и изящества.

голос, кстати, тот же: брошенные во время пения и между песнями фразы звучат очень звонко, а в самых исполняемых песнях диапазон вроде как стал шире. никогда не отличавшаяся мощью голоса, фармер работала в измерении пластичности, и лучшие её концертные выступления как раз показывали эту хрустальную чистоту звучания. музыка с голосом всегда находились не в противоборстве, а связке –этот концерт, получивший более тяжелое, несколько роковое звучание (такие практики у неё уже бывали) можно по праву считать аудиальным успехом, очень выразительно, сильно, продемонстрировано всё, что можно вытянуть как из одинокого рояля, так и из оркестра бессчётных инструментов и спецэффектов (одним из которых являются также и зрители, реагирующие на исполнение – наиболее ярко это видно по версии «ainsi soit je» (далеко не первой), ранее – это было с успехом реализовано в «rever»).

там, где надо было воплотить агрессию, чуткость, страсть и тоску – это сделано, шоу (звуковое) получилось на высочайшем уровне. как иначе – богиня ведь.

(сурашри) кесарбай керкар - (2013)




альбом, на котором собраны некоторые классические записи 60 - 70-летней давности - с голосом прославленной певицы, в том числе - гхарана, зафиксированная на диске. отправленном в космос на "вояджере". нужно было просмотреть критическую "сумму" индийских фильмов и сериалов нового времени, перечитать несколько книг, вспомнить - некогда еще в школе читанные, чтобы в достаточно осознанном состоянии прийти к прослушиванию этого крышесносного звука, и в плане звука (попытки понять концепцию "кхайяла", родословные связи подвидов кхайяла (в том числе джайпур-атраули) и междупоколенческую передачу музыкального опыта от ученика/учителя к ученику не увенчались практически никаким успехом), и - голоса (от самых чистых вокальных партий к совершенно "нечеловеческим" атональным вибрациям). даже многоразовое прослушивание и узнавание не приводит к "результату": ты практически остаешься в этом безумном и уходящем словно бы в бесконечную середину, к какому-то недосягаемому центру пространства, в котором вращается индуистский универсум. даже знание текста не помогает - скорее, более озадачивает. но чувствуется это шкурой, да.

жан поль готье и его шоу (jean paul gaultier fait son show) – реж. ж.п. готье (2018)

концерт-спектаклю в «фоли бержер», поставленный осенью прошлого года к 40-летнему юбилею «творческой деятельности» жана поля готье по своему жанру можно было бы назвать аналогичным тому, который в своё время поставил тьерри мюглер – с той разницей, что у мюглера это был спектакль моды, в то время, как у готье – все-таки концерт с элементами шоу и капустника. большой любитель подпускать иронические, а местами – и саркастические нотки в одежду, автор аналогично отнёсся и к постановке, превратив ее в феерический фарс, с большим количеством переодеваний (в смысле – достаточно прилично выглядящих раздеваний) и акцентом на тех, основных точках «творческой биографии», с которыми ассоциируется модельер: эротика, экстравагантность, эпатаж (сдержанно-интеллектуальный), ирония и «звёзды». как сам он несколько раз выходил на подиум с мадонной, так и в его собственных шоу засветились его «любимые авторы», то есть – музы и музоны, символизирующие собой некий «золотой век» французской эстрады, который располагается не в далеких 50-х, а, скорее, начинается где-то в конце 70-х годов (собственно, параллельно началу его собственной карьеры) и тянется до середины – второй половины 90-х годов. его коллекции сейчас точно так же не теряют всех вышеозначенных компонентов, но то, что было революцией в своё время – сейчас больше буржуазность, ностальгирующая по своей бесшабашной юности.

так или иначе, на трёх китах, экстравагантной моде со смешением мужского и женского кодов, обнажении и музыке построено это почти двухсполовинойчасовое шоу, где нашлось место исполнителям разных поколений, разных жанров, более и менее певцам и певицам, более и менее актёрам и актрисам. хороший юмор, прекрасная одежда, не менее прекрасно выглядящая раздетость (по которой преимущественно выступала аманда лир) – и атмосфера такого себе «голубого огонька» на французский лад, действа камерного и при этом помпезного, но с усмешкой. комплименты и остроты, качественная постановка: всё то, что может создать позитивное настроение и впечатление лёгкости несмотря на достаточно громоздкую дату.

благие знамения (good omens) – реж. дуглас маккиннон (2019) – все серии, 1 – 6

возможно, если прочитать книгу, можно получить другое впечатление и как-то иначе обозреть всю историю, но, испытывая клиническое неприятие к терри пратчету и нилу гейману, я не стал испытывать судьбу и ограничился одним сериалом, и в таком формате – очень даже ничего, местами просто замечательно. история о том, как две эфирные субстанции в материальных телах, именуемые ангелом и демоном, начинают усердно в паре сопротивляться наступлению апокалипсиса, потому что после его прихода не будет ни хороших музыкантов (хоть закадрово всё время идёт «квин», к хорошей музыке явно не относящийся), ни вкусных блинчиков, ни вина, ни односолодового, достойна рукоплескания. между небесами и адом нет особой разницы, ведь милитарные настроения сидят и там, и там, а желание разрушения земли с последующей вечностью музыки сфер – основной вектор существования рая и ада. очень мило то, что вся сакральщина представлена как самое убогое бюрократическое занятие. божественный промысел неисповедим – но всегда будет достаточно прислужников, готовых заняться интерпретацией – и ввиду самых разнообразных интерпретаций побеждает та, чья ближе всего к «начальственному креслу» и кто успевает первым.в общем, никогда не поздно пересмотреть сотворение мира, а история мира в 9 ½ главах не теряет актуальности.

то, что ирония – это главное оружие искусства и мысли, не требует доказательства, и движение мира это доказывает. прокатываясь асфальтным катком по дэвиду зельцеру и его «знамению», сериал рассказывает аналогичную историю, в которой всё в точности до наоборот. бытие определяет сознание – ну, собственно, антихрист вырастает именно тем провинциальным парнишкой из оксфордшира, которым он только и мог вырасти, попав в нужное семейство, пусть даже аура его простирается далеко за пределы англии. быть миру или не быть – решает последняя неделя существования мира, обратный отсчет недели творения, когда четыре всадника апокалипсиса собираются, чтобы запустить машину адски-небесной бойни, когда кракен, не вполне понимая, что происходит, поднимается из глубин, когда у атлантиды нет других вариантов, кроме как снова всплыть на поверхность атлантики, а у тибетцев – нет других вариантов, кроме как копать подземные подкопы через внутренности земного шара. стёб по поводу шаблонов религиозного толка, иронический ревизионизм по поводу священной (и не только) истории, силлогизмы из добра и зла – всего достаточно в этой милой и прелестной истории, где бобро и осло меняются местами, но это не имеет особого значения ввиду их одинаковости.

третий глаз 2 (mata batin 2) – реж. роки сорая (2019)

еще достаточно свежа память о первой картине, вышедшей два года назад, но просмотрено относительно недавно – а тут появляется вообще практически полный «свежак». не сказать, что на душе стало совсем хорошо, но необходимо признать, что многое со времени первой картины стало лучше: если в предыдущей ленте режиссёр в результате оказался в достаточно бессильной позиции наблюдения за какими-то истероидными проявлениями девичьих натур и большая часть времени на экране была занята всхлипывания-причитаниями-взываниями, между которыми ритмически происходило нечто «полтергейстное», то вторая лента продемонстрировала существенно большее количество сюжета, намного большую насыщенности инфернальщиной и другой вообще подход к проявлению на экране потустороннего.

здесь – более ритмическое, более динамичное движение, намного большая дробная расчлененность ужаса на отдельные мелкие фрагменты, из которых режиссёр в сумме делает иногда очень длинные связки и цепочки. мелодраматизм тоже никуда не девается, но, вероятно, это та штука, которая больше является характеристикой восприятия в том ареале в целом: ужас-ужасом, а выплёскивание чувств и большая степень сентиментализма словно бы верифицируют кошмар. с другой стороны – когда дело доходит до жесткача – тут как ту индонезийская привычка очень приближенного визуализирования насилия (ну а что может быть более надёжным свидетельством, чем отпиливание головы «в портретной демонстрации» с помощью ручной циркулярной пилы?!).

«третий глаз 2» снова демонстрирует одну и ту же модель: для понимания сущности столкновения со злом нужен цветник из прекрасных дев, подкреплённый не менее красивыми локациями; посреди всего этого великолепия особенно хорошо будут смотреться призраки по углам и на потолках, трескающиеся зеркала, разлетающееся стекло и всё остальное из репертуара «буйства духов» - включая демонстрацию чистилища, куда попадают проклятые души и куда могут сойти медиумы.

она же – проявляет парадокс кино в его жанре: до тех пор, пока речь идет о развитии сюжета, о способе представления персонажей. ракурсах, декрациях, вообще – визуальной и световой стороны зрелища – фильм находится в плоскости очень консервативного и крайне замшелого жанрового кино, которое может вызывать скрежет зубовный; но стоит истории переместиться в потусторонний мир – тут начинается что-то невообразимое (так было и в первом фильме), выстроенное из авангарда и дичайшего минимализма и больше напоминающее военно-тюремные пыточные камеры (прошлое региона в период второй мировой войны никуда не девается и пролезает) вперемешку с японским театром буто. сильно – и очень неожиданно в обрамлении общей стилистики, имеющей явно выраженный итальянско-испанский привкус.

фелисьен сезар давид – пустыня (1844)

сугубо романтическая и пропитанная экзотическими фантазиями, «ода-симфония» давида представляет собой крайне интересное сочетание академической музыки классического толка, достаточно авангардного подхода к представлению исполнения и элементов восточного звучания. три части, написанные по впечатлениям от путешествия по египту и палестине, складываются в один вызывающий нескончаемые фантазии полёт музыки, апеллирующий к ароматам, тайнам и пряностям востока – настолько сильный, что противостоять этому не смог ни верди, использовав фрагмент в «отелло», ни бизе в «ловцах жемчуга», ни – оффенбах, посчитавший своим долгом поиронизировать над произведением.

хотя – некоторая странность: произведения в 1844 году демонстрировали довольно прямолинейную однообразность, находясь «в плену» виктора гюго: пуни пишет «эсмеральду», а верди – «эрнани», да и множество других музыкальных произведений демонстрируют склонность к романтизации прошлого без каких-либо попыток ввести экзотику дальних стран. в этом смысле давид делает что-то особенное и неожиданное, хоть и нельзя сказать, чтобы совершенно непредсказуемое.

что более важно – его симфония-ода выстроена на взаимодействии оркестра, хора, тенора и декламатора (песни и декламации написаны на слова адвоката и путешественника огюста колена, с которым давида сближали общие сенсимонистские взгляды). помимо французского оригинального текста в поэзию включены арабские фрагменты (звучащая «песня муэдзина») – это не вполне классический арабский азан, но 175 лет назад и этого было достаточно, чтобы придать произведению более чем экзотическое звучание. в общем – это очень интересное для прослушивания произведение.

хенрик миколай гурецкий – симфония скорбных песнопений / симфония №3 (2019)

национальный симфонический оркестр польского радио / бэт гиббонс

написанная в течение двух месяцев по заказу юго-западного баварского радио, эта симфония относится к числу наиболее популярных симфонических композиций. три части «плача» используют тексты разного происхождения – религиозная песня 15 века; выцарапанная надпись на стене гестаповской тюрьмы; народная польская песня. первая часть – плач девы марии к умирающему на кресте иисусу, вторая – последние строки умирающей девочки, обращенные к матери, третья – плач матери над мёртвым сыном. жуткие тексты, положенные на невероятно «ровную» музыку. назвать её «умиротворяющей» не получится, в ней есть как «светлые», так и очень тёмные фрагменты (начало – это тотальный траурный марш), при этом амплитуда колебаний настроения настолько плавная, что оставляет впечатление полной неподвижности, внутри которой разрастается это тяжелое и одновременно очищающее впечатление плача.

многажды спетая и исполненная, в этом случае с вокалом бэт гиббонс, мелодия получает особенное звучание. симфония написана гурецким для оркестра в сопровождении сопрано. бэт гиббонс – никак не оперная певица, и её участие в 2014 году в записи этого произведения (пять лет между началом проекта и выходом альбома) было первым опытом вообще контакта с классической музыкой. но в этом был и определенный момент, можно сказать, удавшегося эксперимента. специфическое звучание голоса гиббонс, знакомое по трём альбомам «портисхед» и одному сольному, исключительной прозрачный и при этом ломкий обертон делают своё дело в сочетании с текстом. интонации – это не её партии из «dummy», это уже свидетельство опыта, приобретенного во время записи «out of season». и эти интонации, эта сугубо отстраненная манера исполнения – именно то, что надо для тотального минимализма и сквозной прозрачности всего произведения гурецкого. это – не религиозная музыка, хотя первая часть – практически канон, но явление в полушаге от него. и голос гиббонс для этой via dolorosa подходит без сомнений.

вдовы (widows) – реж. стив маккуин (2018)

конечно, всё начиналось с прекрасной песни шаде «the big unknown», задолго до выхода самого фильма в ноябре – но во время просмотра было опасение, что какой-то мотив или часть появится, сопровождая кадр, что привело бы к обесцениванию и песни, и фильма. но – нет, монтаж оттянул ее до последнего, выведя в титры, что оставило сдержанной и саму драматичную составляющую фильма, и мелодии, который нельзя было сводить в одно целое, потому что сразу бы погрузило повествование в провал сентиментальщины.

но стиль выдержан от начала до конца, пусть эта несколько романтизированная история, следующая одной ногой английскому сериалу 1983 года, а другой – традиции японских «десяти черных женщин» (совершенно другая история, но объединяющий ведущий женский компонент), по окончании кажется больше выдаванием почти-идеального за действительное, чем претензией на некие «случающиеся» события. ситуация, в которой женщины вынуждены «разруливать» ситуацию за мужчинами, играя по их правилам, хоть это и противно их природе, в этом фильме не превращается в то, что в форме звучит в песне «sisters are doin' it for themselves», становясь девизом тотального сестринства.

преступление, задуманное мужчинами, воплощенное женщинами, чтобы избавиться из-под давления мужчин, желающих поживиться плодами их усилий. ситуация, в которой основным вектором становится трансформация и нахождение внутренних ресурсов, перерастание стандартных давно наработанных схем – причем в данном случае в первую очередь речь идет не о психологических ситуациях, а социальных – неслучайно общим фоном становятся выборы в чикаго, где сталкиваются два кандидата, черный и белый, из бедноты и власть имущих, первый и очередной в генеалогии, смотрящий только на себя и оглядывающийся на своего отца. и социальное, обрамляющее все события на уровне политики, точно так же отображается в ситуации каждой из вовлеченных в события женщин: мелкими штрихами делается указка на все социальные «преимущества» и «подвохи» любой из них, происходящей из самой разнообразной среды.

женский универсум здесь охватывает чёрных-белых-латиносов, образованных, с профессиональным образованием и вообще без никакого, молодых-зрелых, феминных-маскулинных, успешных-лузерш, коренных-эмигранток и т.д.  у каждой своя дорога, приобретения (хоть их и немного) и потери (их всегда больше). фильм не делает всё это объектом пристального внимания – это черта, которая настолько же универсальна, насколько и частна. кроме этого еще и история предательства – такого, которое не прощается. структурированный и несколько раз перекупленный мужской мир против анархичного и непредсказуемого женского – даже постеры к фильму показывают это разделение, в основном группируя персонажей по половому признаку. хорошая картина, впечатляет.