Category: медицина

проповедник (preacher) – реж. джон грилло (2019) – 4.02

для того, чтобы зритель не сомневался, что мир слетел с катушек и что с миропорядком явно всё не так, как задумывалось, эпизода начинается с господа-творца, любующегося в райском саду своим творением – конечно же, динозавром, совершенным животной, божьей – в прямом смысле этого слова – тварью, у которой обнаруживается один-единственный недостаток: при всём многообразии возможностей эта гадина (в прямом смысле этого слова) интересуется не тем, что вокруг неё, не жизнью, не цветами и плодами мира сего, а – собственным говном, которое не прочь попробовать на вкус. как ни прекрасен замысел и промысел божий – деградация творения уже сидит в нём самом. что же остается – только наслать на творение громы и молнии. метеориты и загрязнение атмосферы, чтобы очистить столь прекрасный мир от столь гадких порождений. господь-творец и бог-конструктор явно находится в фазе упадка своей фантазии – это лейтмотивом проходит через эпизод, в том числе – через коронование начальника грааля от которого ожидают явление дитяти божьего. но – что поделать? клонов много, а дитять мало: клонов-наследников иисуса отстреливают, однако пока без особого толку.

джесси – уходит в себя и из себя, тюлип – пытается прорваться в моссаду с помощью замысловатых планов, кэссиди – предается боли и томлению в темнице. из которой ни сам не может выйти, ни другим себе помочь. не хочется думать о том, что страданиями душа совершенствуется, но тут присутствует именно такое: очищение вампирической души обильными кровоизлияниями и –возлияниями. весело и бодро – но пока от австралии максимально далеко.

болотная тварь (swamp thing) – реж. деран сарафиан (2019) – 10

в общем плане этот эпизод поддерживает начатое в предыдущем эпизоде – бессистемное подбрасывание линий и персонажей и сцен с целью подновить всё в памяти и создать образ того, что «никто не забыт и ничто не забыто». в какой-то мере название последнего эпизода, которое приблизительно можно было бы перевести как «открытый финал», соответствует содержимому: все персонажи и линии их судеб свободно (loose) подвешены в фиктивном пространстве, кривая может вывести их то в одну сторону, то в другую, причем – ни одно, ни другое завершение не является обязательным. смысл эпизода, скорее, находится в одной сцене, где доктор вудрю пытается изготовить средство, могущее помочь его жене, впавшей в своеобразную кому вследствие болезни и шока, вызванного избыточным количеством лекарств. готовя некое «блюдо» из органов, извлеченных из тела болотной твари, он в полной мере воплощает идею всего сериала: взаимоотношения человека и природы – это самая извращенная форма каннибализма, подпитывающегося лживо-благородными мотивами, и никогда ни к чему хорошему не приводящая. поедая плоть природы – субъект съедает себя изнутри, не спаса, не помогая, а только углубляя деструкцию. здесь всё разрушено и так: город, взаимоотношения, судьбы, реальность – отмерли все иллюзии, равновесие, нарушенное в болоте, раскачивает мир вне их – и никакой перспективы умиротворения не видно. финал – открытый, может – будет продолжение и развитие, может – нет. ответа ни на один вопрос не имеется – вполне возможно, именно так и правильно.

зона (la zona) – реж. хорхе санчес-кабезудо (2017) – 04

одновременно и тяжелый, и «срединный эпизод», в котором все линии наконец сходятся в одну точку. вот только куда она идет остается пока непонятным. все разнонаправленные прямые, привязанные к каждому персонажу, синхронизируются, в первую очередь – инстепктора эктора урия, детектива мартина и девушки зои, с которой история и началась, которая, как ариадна, не дождавшись тесея, двинулась в лабиринт и там и заблудилась. враждебные, не доверяющие, главные «фигуранты» дела оказываются вынуждены двигаться в одном направлении – соединяет их многое, в первую очередь – нежелание делиться своими секретами. здесь, по сути, всё – один большой секрет, к которому еще один персонаж, врач джулия мартос, только подбирается, ничего до конца не понимая, что происходит и в зараженной зоне, и с теми кто входит и выходит из нее – точно так же, как и остальные второстепенные фигуры, никогда напрямую практически не контактирующие, но при этом соединенные в одну сеть.

трагедия в прошлом стала отправной точкой – как разрушения былого привычного мира, так и создания на хрупком неравновесии нового, в котором нет места порядку и логике. два его воплощения обозначают этот эпизода: дело происходит либо на трейлерной стоянке (по совместительству свалке) либо в борделе «санаторий». и то, и другое место временно, и там, и там – умирают. в обоих локациях – правят два инстинкта, смерти и секса, причем иногда даже не вполне можно понять, что более смертоносно. остальные в сериале разворачивающиеся события движутся по касательной, оставаясь за чертой видимости: больница, где умирает жена мартина, дом (настоящий проходной двор) эктора, где люди приходя и уходят, или – место работы джулии, переполненное появляющимися и исчезающими людьми, к которым ей лучше не подходить. мир постепенно исчезает и умирает, оставляя только следы преступных связей, которые еще как-то держат это в целостности, не давая распасться на куски. то, что держит вместе людей – это либо осознание общего преступления, либо – не менее общей вины, которой никто не делится, но от которой все страдают. серия-драма, очень мрачная, практически полностью захватывающая одну ночь, после которой рассвет кажется и необязательным, и странным. одновременно – это самая яркая и «ясная» точка всех до этого случившихся событий, ведь только в таком сочетании и появляется надежда на то, что смысл как-то может быть раскрыт.

зона (la zona) – реж. хорхе санчес-кабезудо (2017) – 02

вторая серия по большей части развеивает то инфернально-мистическое впечатление, которое производил первый эпизод, но от этого сериал не теряет в привлекательности: на место таинственному-необъяснимому приходит детективно-криминально-социальное, воплощенное во многих аспектах, что делает историю оп-настоящему убедительной. несмотря не вроде бы фантастичность самой топики, предлагаемой зрителю – все эти зараженные места, зоны отчуждения и перезаселения, какие-то специфические формы управления – ничего откровенно «фантастического» здесь нет; есть полноценное и полномасштабное исследование того, как трансформируется жизнь, пытаясь удержаться на клочке вроде бы ничейной, но при этом захваченной и перезахваченной земли, устанавливая на ней свои порядки.

все события эпизода протягиваются между двумя полюсами – городом и лесом. город – пространство человеческих «джунглей», где встретить хищника можно за каждым поворотом, а из заселенных людьми мест выбираются только самые «пустые» и «транзитивные», вроде площади с мемориалом погибшим, полицейского отделения и больницы. лес – не менее «проходное» место, где на равных правах сосуществуют люди и волки, где разворачивается охота и очень странные «охотники за головами» ведут отстрел зараженных, так сказать, животных – заказ, приходящий от города и ставящий вопрос: а что, собственно, является заразой, радиация или человеческие желания? – в сумме это дает очень необычное смешение криминального триллера, снимаемого по всем законам жанра, и эко-драмы со многими неизвестными. в течение повествования всплывае неозвученная тайна, связанная с прошедшей ликвидацией последствий аварии, но об этом и мало кто знает, и еще меньше кто говорит.

а хищники никуда не деваются – пусть один из человеческих «волков» и был отстрелен, человеческие «овцы» все же стали жертвами – первыми жертвами процесса восстановления, который никогда не происходит без жертв, от которых живым следует знать, что их никто не обвиняет, хорошо бы они это и сами понимали: именно для этого есть довольно странный и нелогичный эпизод с посещением центральным персонажем не ясновидящей, не то колдуньи, не то – просто выживающей из ума старухи, эпизод, очень похожий на посещение провидицы в «матрице», что тоже добавляет неоднозначности этому сфантазированному испанцами странном зрелищу. странному, но очень правдоподобному, как ни парадоксально.

осмос (osmosis) – реж. пьер акнен (2019) – 04

середина сезона – и узел вопросов и конфликтов собирается в особенно тугую связь, в которой проявляются все те желания и страхи, которые субъект связывает с отношениями: принятие меня другим, готовность выказать партнёру доверие (и уверенность в его обоюдности). особенно впечатляющей становится взаимосвязь, которую разработчик ощущает со своей исчезнувшей подругой. даже тогда, когда её имплант не то ликвидирован, не то заблокирован – есть чувство того, что потребность контакта преодолевает технический разрыв. любовь как зависимость и потребность в другом представляется как неостановимое стремление, имеющее самые радикальные формы, это – состояние на грани жизни и смерти (поль устанавливает контакт с девушкой, даже не видя ее, в состоянии стресса, а затем вызывает искусственно это состояние, добровольно соглашаясь на асфиксию, повышающую гормональный уровень, что становится каналом связи). эта часть эпизода особенно хороша, поскольку органично соединяет элементы психологии, технологии, сексуально-пыточных практик и мифологии (невероятно красиво представленная сцена передачи яблока, без райского сада, без эдема и даже без чувства грехопадения). как ни крути, а горизонт представлений о том, что есть сила любви, достаточно ограничен и определяется даже не самим субъектом, а сформировавшим его социумом – как и страх того, что тебя отвергнут, или что ты не сможешь удержать своё чувство. эпизод достаточно хорошо ускоряет ритм повествования, отчего рассказ становится более и проникновенным, и – правдоподобным, почти что лишаясь фантастических обёрточек.

осмос (osmosis) – реж. юлиус берг (2019) – 02

первый эпизод, задавший констелляцию, во втором получает свое конфликтно-драматическое разрешение: с одной стороны, наблюдается гармонизация – группа бета-тестируемых получает свои импланты, с помощью которых может начать «наслаждаться» возможностями «осмоса», находя идеальных партнёров для себя и обретая с ними стопроцентную гармонию; с другой стороны – финансовые трудности начинают подтачивать компанию изнутри, усугубляемые дополнительным давлением со стороны т.н. «гуманистов», пытающихся повлиять на работу разработчиков, сопротивляясь возможности развития человеческих способностей и переступанию грани между условным «мобильным приложением», нерасторжимым с телом, и естественным состоянием субъекта, в теле / сознании которого стирается грань между естественным и искусственным. кроме этого – проявляются роли отдельных персонажей в общей истории, которая неминуемо должна приводить к драме.

собственно, общая канва, несмотря на все эмоционально-этические вопросы, склоняется в сторону (хочется сказать, естественно-французского) картезианства и рационализации состояний. эмоция  - это сфера стихийного, как и наплыв чувств, задача субъекта – обуздывать желания и эмоции, неслучайно ведь вводится фигура несовершеннолетнего нильса, включаемого в программу тестирования ради возможности взять под контроль его дикие сексуальные желания при неспособности держать эмоциональный контроль. кроме этого – рационализация пытается освоить топос болезни (фигура матери центральных персонажей и брата, излечивающегося с помощью любви от своей болезни и воспринимающего это «излечение» как рационально-научный путь контроля неподконтрольных состояний). так что в целом история смотрится неплохо.

болотная тварь (swamp thing) – реж. кэрол бэнкер (2019) – 04

эпизод воспринимается как отдельная виньетка и ответвление истории в общем контексте всего происходящего в городке марэ: появляются два персонажа, два браконьера, занимающиеся незаконной вырубкой ценных пород дерева – появляются только для того, чтобы один из них стал носителем для определенного (при всей его неопределенности) вируса, который он приносит в мир города, передавая «по вахте» как заразу, вернее – она сама достаточно бодро и быстро передается по вахте от одного к другому, оживляя самые глубокие страхи и подвергая окружающих опасности. на фоне вроде бы внешнего умиротворения, эти события, внося напряжение, усугубляют нервозную и параноидальную в некоторой степени атмосферу, которая никуда не девается с того момента, как болото пришло в движение.

болотная тварь находится на своём месте, в чаще и в трясине, появляясь, чтобы и принести пользу, и – укрепить свои отношения с девой от медицины, которая одержимо носится с идеей разгадать тайну болот и превращения алека в болотную тварь, понять, каким механизмом является взаимодействие растительного и животного мира, заставляющее клетку животного происхождения вдруг проявляться и взаимодействовать с окружающим как растительную. внутри этого механизма – ответ на вопрос, как растения и деревья «говорят» со своим посредником, сообщая ему, например, что «зло вышло из болота». как всякое зло, оно имеет свои глубокие корни, и об этих корнях героине сообщает её подруга-журналистка, раскапывая старую историю. проникновение в эти прошлые загадки позволяет и героине наконец-то признаться в том, что терзало ее всё детство, что было ее самым большим страхом.

рядом с этими загадочностями и ужасами – не менее таинственное взаимодействие между мадам ксанаду и даниэлем кессиди, загадочная миссия которого продержала в городке восемь лет, а теперь толкает в неизвестном направлении. сумма этих компонентов в эпизоде очень хороша, интерес никуда не девается.

болотная тварь (swamp thing) – реж. деран сарафиан (2019) – 03

в третьем эпизоде на первый план выходит – несмотря на обили криминала и полукриминала – экологическая составляющая сериала, собственно, то, вокруг чего и сформировался изначально комикс, затем перенесенный на экран сначала в полнометражном кино, а затем и в сериальном формате. болезнь, поразившая жителей марэ (который перевод упорно пытается утвердить как «мараис»), в том числе и одного из докторов имеет странные формы выражения и не менее странные причины. ближе к финалу ситуация проясняется: есть зависимость между интенсивностью протекания болезни и степенью агрессивности тех антибиотиков, которые врачи пытаются применить. как только антибиотики исключаются из лечебного «рациона», больной начинает идти на поправку: угнетаемая и всячески отравляемая природа, жизнедеятельность которой цивилизация пытается угнетать всевозможными сильнодействующими средствами, сопротивляется и старается освободиться от впрыскиваемого в нее яда, заставляя тела болеть.

вводится еще одна интересная линия: болотная тварь – это не самостоятельное существо, обладающее своим телосом как самооправданием. это – одна из эманаций той самой местности, болот, породивших его – и не только его (то, что болотистая среда способна породить, продемонстрировано здесь очень наглядно). та жизнь, которую ведет природа, прикрывшись пологом испанского мха, намного более сложна, чем это могут представить себе ученые и поставить на службу себе дельцы. можно попытаться это сделать – но всегда будет «ответ», рано или поздно, когда чаша терпения переполнится. теперь, видимо, этот момент настал, потому что не только природа сдвинулась с места, призраки начинают выходить из потустороннего мира, но и ожидание, на много лет затянувшееся для кое-кого из героев, прекращается, предвещая перемены (неназванные – но надо ли их называть, чтобы понимать, что в такой истории позитивными они быть просто не могут?).

фортитьюд (fortitude) – реж. киран хоукс (2018) – 3.02

вторая серия не сказать, чтобы что-то добавила к уже сказанному – действо вообще больше начинает напоминать шамански-сексуальные ритуалы и игрища, располагающиеся на грани саркастического издевательства. метафора колдовства, факты поедания сырого мяса, нож под сердце во время особенно изощренных сексуальных утех, использование не до конца изгибнувшей заражённой осы с целью возвращения телесного здоровья и изыскивание новой жертвы для извлечения спинномозговой жидкости – в этом вареве (а это именно варево, в котором всё время с большей или меньшей интенсивностью летящий снег имитирует некий «первичный бульон» бытия там, где его быть не может по определению) персонажи напоминают дергающихся и бессмысленно перемещающихся болванчиков.

атмосфера лжи, имитации, сокрытия окружает всё – сначала разговоры во сне, а затем явление призраков наяву: пограничное состояние этого мирка с уходящими и приходящими идолами (fort, attitude, solitude) находится в поле притяжения инфернального небытия, уничтожения, которое медленно, но верно, подбирается ко всем без остатка. кто-то еще может дергаться и брыкаться, кому-то сносят голову или другие части тела, но судьба этого пространства уже предрешена. учитывая, что это – уже половина, финал окончателен и близок. наконец-то.

мара: пожиратель снов (mara) – реж. клайв тонг (2018)

в первую очередь это – достаточно среднестатистический фильм ужасов о сверхъестественном, который представлен без иронического оттенка, а «по-настоящему», так, как история ужасов, собственно, и должна представляться на экране, без смеха и особенной иронии («реальные упыри» таика ваитити в этом смысле что угодно, но не фильм ужасов) – именно поэтому жанр на данный момент находится в своеобразном «загоне», не поражая зрительское воображение, поскольку практически многие из возможных историй сняты далеко не по одному разу, а то, что выбивается за рамки стандартных схем, не находит в зрительских кругах, так сказать, ответной страсти. во вторую очередь – это история «непостигаемого», становящаяся вопросом в эпоху рациональности и тотального научного подхода – то, что может существовать только на экране: именно столкновение науки и иррационального, которое оставляет человека перед нерешаемыми вопросами (есть ли они вообще – вопрос другого порядка, больше соотносимый с «верой», а не доказательными базами).

кроме всего прочего – это еще своеобразный бенефис ольги куриленко, которая, надо сказать (это при моём сугубо никаком к ней отношении), держит картину и не дает ей распасться на части ввиду достаточной беспомощности самой положенной в основание истории: ночной паралич с последующими галлюцинациями. сценарий не слаб – но он совершенно «никакой», задний план в нём состоит из сплошных пустот (точно так же, как все персонажи – из «сиюминутности», не предполагающей никакой их предварительной истории), а объяснение тайн, загадок и ужасов находится на таком натяжении резины, что того и гляди она лопнет. поэтому присутствие условной качественной «звезды» становится хорошим залогом – она вытягивает иногда безнадёжные сцены, хоть, надо сказать, и ее репертуар очень ограничен – меняются только декорации, в которых ее застает паралич, в остальном же – это один и тот же набор сцен и приемов работы камеры.

привлечение хавьера ботета с его немыслимой худобой, невероятной гибкостью и полной инфернальностью фигуры также привнесло свои плюсы в демонстрацию ночного настигающего в любом месте ужаса. с ним режиссёр обходится еще более нежно и трепетно, чем с героиней: персонажа кошмаров никогда не выводят в луч света, оставляя полуразмытым в сумраке и тенях, так что эта иссушенная долговязая фигура остается продолжением неясности, мрака и галлюцинации, никак не конкретизируясь отдельном теле, с которым потом можно было бы иметь дело как с объектом.

судьба встретить кошмар есть у каждого – у большинства есть шанс избежать его, ведь за ними может и не стоять чувство тотальной вины как своеобразный трансцендентальный знаменатель человеческих  существ. в этом смысле кошмар из фильма – прямое продолжение мысли «прости меня, господи, ибо я согрешил». как только приходит осознание вины – кошмар становится явным, как свет дня, и тогда от него не спасения. избавить другого от вины – обречь себя на ту же (и логичный финал, ведь главный судья сидит не снаружи, а внутри), от этого никто не может спастись. ухищрения не помогут, покаяние тоже бесполезно – у того, что приходит из мира по ту сторону рационального нет жалости (как и у осознания виновности – очень кафковский мотив). прекрасное в смысле идей – это получает очень стандартное воплощение на экране, картину, после просмотра которой можно спокойно о ней забыть.