rizonomad (rizonomad) wrote,
rizonomad
rizonomad

Categories:

охота (jagten) – реж. томас винтерберг (2012)

jagtenнастойчиво рекомендованный к просмотру, фильм оказался более, чем достойным внимания. тяжелый фильм, который мог бы быть еще тяжелее, если бы не определенные конвенции, на которые пошел режиссер, чтобы окончательно не зарекомендовать себя совершенно асоциальным типом и противником европейских моральных ценностей. что было бы, наверное, все-таки не самым вредным. являясь, с одной стороны, яркой и понятной картинкой-иллюстрацией «салемского синдрома», фильм для меня представляет собой обратную, европейскую сторону корейской картины «вне подозрений», становясь вывороткой по всем статьям: вместо педофила – подозрения, вместо животных инстинктов по охране детёныша – имитация «разумности» и приверженности гуманистическим ценностям. да и по духу они разнятся: корейская лента бескомпромиссна и работает на максимально опасном поле признания в педофилических порывах, в то время как датская картина – целиком и полностью в плоскости остракизма и давней традиции иезуитства и охоты на ведьм.

учитывая, что фильм опирается на широко известный прецедент, пусть это и не фигурирует в комментариях к нему, он тем не менее воспринимается как универсализированный анализ развития потенциальной ситуации, которая может касаться не только педофилии, но и самых разнообразных форм «преступности» не только деяний, но и намерений. всякое несоответствие влечет исключение из социума, после которого обратный путь закрыт навсегда. при том, что это – только плод воображения и домыслов, что не имеет значения. картина разворачивающихся в фильме событий «скандальна» целиком и полностью потому, что она наглядно демонстрирует кризис гуманности в фундаментально гуманистическом и гуманизированном европейском сообществе, наработавшем базу норм и ситуаций, являющихся универсальными «человечными», но при этом совершенно не умеет их ни верифицировать, ни обращаться, высвобождая в любой кризисной ситуации все приглушенные звериные инстинкты, хорошо утрамбованные под навозом из «культурности».

создавая и пестуя социальную равноправность вкупе с «ответственностью», общественные институты дают возможность любому его члену, имея на то специальную «лицензию» в виде образования, работать в любой сфере. например – в детском саду. например – мужчине. что, конечно же, прекрасно в образовании вообще, особенно довлеюще феминизированном. но нет никакой возможности защитить особь мужского пола, вступившую на эту стезю, если она оказывается «под подозрением» в педофилии. потому что это идет вопреки аксиоматичной невиновности и невинности любого ребенка, не говоря уже о его жизни и здоровье как высочайшей постулируемой ценности. никто и не спорит – проблема заключается в другом: передавая всю полноту прав и всю силу защиты одному субъекту, закон и общество полностью раскрывает другого, оставляя его без поддержки и без малейшего соблюдения прав и свобод. кроме того – «святость» ребенка является тем пунктом, в котором утрачивается и презумпция невиновности любого заподозренного: преступления против ребенка – это злодеяние против божества, чистого и невинного (особенно если это белокурый ангелочек).

в свое время бельгийские кинематографисты подняли абсолютно экстремальную тему сексуального домогательства подростка ко взрослому, поставив под сомнение априорную «асексуальность» и чистоту детского субъекта – табу в культуре, допускающей любовь ромео к джульетте и умиляющейся тому, как два адолесцирующих дитятка доводят друг друга до смерти. но если пробуждение желаний направляется на старшего – невозможно, потому что этого не может быть. потому что не может быть вообще. речь идет не о том, что такое может быть (или должно), но о другом: есть другой комплекс вопросов, в котором можно оставить взрослого в покое и попытаться понять, как узнать, был ли прецедент или нет. и тут общество расписывается в полном бессилии, и главное – нежелании что-то делать и понимать. потому что иначе придется признать фантомную природу наших представлений и расписаться в беспомощности перед знанием. никто ничего не знает. но осудить готов каждый. и делает. и угроза, в которой остается человек даже после того, как с него сняты все обвинения и подозрения, когда он снова «легитимирован как человек», всегда остается. охота не прекращается. не зря фильм (и охота) разворачивается в осенне-зимний сезон, накануне и после рождества. и через год – то же самое. та же осень. то же христианство и охота на оленей. не случайный герой, лукас. евангелистское имя выпячивается, но почему бы и нет?
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments

Recent Posts from This Journal